Людвиг-в-ж-ж (grosslarnakh) wrote,
Людвиг-в-ж-ж
grosslarnakh

Наблюдательность или Поход на выборы

Понаблюдал за участком на выборах московского мэра. Реально интересная штука, прочищает сознание, ща все обстоятельно расскажу.

Вкратце все выглядит так - сначала ты записываешься в наблюдатели, потом учишься и у тебя пухнет торпеда, потом идешь на голосование, как в бой, потом после закрытия избирательного участка у тебя Ночь Ада.


1. В наблюдатели записываешься как просто гражданин, потом тебя подхватывает какая-нибудь партия (у племени наблюдателей есть договоренности с племенем партий), и ты идешь на участок как чей-нибудь партийный представитель. Мне выправили документы в офисе "Яблока", я, соответственно, пошел на выборы митрохинским направленцем. От кого идти - не важно, можешь при этом болеть за кого хочешь, в душу никто не лезет. Партия дает тебе стартовый набор документов, колл-центр на время выборов, юридическую помощь, бейджик, поддерживающие эсэмэски в течение дня и аптечку с патронами. Это помогает.


2. Наблюдатели нужны, чтобы сообщать наверх о разной хуйне. Наблюдатели первого уровня больше ни на что все равно не годятся: обычное пушечное мясо, добровольцы-пятиминутники. Хорошо, если добровольца удается затащить на тренинг: там во время стартового инструктажа ему быренько показывают презентацию больше чем на сто слайдов, из которой он половину просто не понимает, и отвечают на вопросы. Краткое содержание ответов: нет, в Москве вас не будут пиздить, это не провинция, и тут приезжают журналисты; нет, способы, которыми будут фальсифицировать на этот раз, еще неизвестны, поэтому поготовьтесь понемногу ко всему; настройте твиттер и молитесь.

Очень напоминает поход в подземелье в Варкрафте. Там обычно рейд-лидер собирает свой рейд и монотонно рассказывает: значит, ребца, предстоящий бой будет идти в три фазы. На первой фазе вы проверяете списки избирателей, выбегаете из огненных луж и не попадаете под Гибельный шторм. На второй фазе следите за тем, кого заносят в списки, отбегаете на выездное, пишете жалобы, уворачиваетесь от Удара Плети. Лучше всего распределить роли: счетчик, наблюдатель за списками, наблюдатель за урнами. Счетчик колдует непрерывный счет, первый наблюдатель следит за паспортами, второй - на автоатаке смотрит за тем, чтобы ничего не вбросили в урны. Если что-то вбрасывают в урны, кастуете Огненный Смерч, Звонок В Колл-Центр, Жалобу в ТИК и Видеоконтроль. Третья фаза самая важная, на ней выходят Многочисленные фальсификации, внимательно следите за тем, что делается, колдуйте Усиление внимательности и не давайте отклоняться от Предписанной процедуры. В конце не забудьте про Реестр копий. Возьмите с собой батарейки и очки.

Бойцы слушают, кивают. Вам понятно, дети? Агааа. Ничего не понятно.

С занятия выходишь надежно укутанным в пелену из аббревиатур: ТИК, УИК, член УИК с ПСГ (это ты), член УИК с ПРГ (это старшие боссы, могут быть и за тебя, и против), КОИБ, ФЗО и так далее.

Вот тебе куча ссылок, вот тебе сайт с презентациями, вперед, боец, родина верит в тебя, фальсификации не пройдут. Вы кто, женщина, ПСГ в первый раз? А, нет, ПРГ? Лекция для ПРГ уже закончилась, цикл шел всю неделю, жаль, что вас не было, ну, идите, как есть.

С тренинга идешь - нуептваюмать, выжить будет невозможно.


3. В офисе "Яблока" все немного по-другому. Там идет размеренная жизнь, юридический чувак монотонно рассказывает про порядок проведения выборов и немного про нарушения. Если на наблюдательском тренинге было больше практики и ощущения предстоящего ада, то тут как-то поразмереннее. Пресс-волл с логотипами в конференц-зале, четырехэтажный особняк в центре Москвы, размеренная жизнь. Получаешь пакет документов, методичку, образцы жалоб, копирку, чтобы писать жалобы в двух экземплярах, бейджик и папочку.

Яблочный лайфхак: если тебя отстраняют от работы на участке как ПСГ, то тогда ты достаешь удостоверение журналиста от яблочной газеты и остаешься при избирательной комиссии представителем СМИ.


4. Копирка - пиздец. Я с ней последний раз работал сто лет назад, и уже забыл, что маленькая бумажка может угваздать тебе все, что находится в рюкзаке, настолько беспощадно. Документы, которые в одной папочке с копиркой, становятся похожи на угольный ксерокс, причем все. В итоге я упаковал ее в пакетик, пакетик положил в пакетик, а пакетик потом убрал в пакетик, а то жалко вещи-то.


5. Еще тебе звонит координатор наблюдателей твоего района, что круто. Координатор - это: инструкции-что-делать-сегодня, телефоны и почта людей доброй воли на твоем же избирательном участке, мобильная группа, которая подъедет есличо, и еще возможность позвонить задать вопрос, когда сомневаешься, а сомневаешься ты всегда. Без координатора был бы мрак и ужас, а с ним есть надежда на то, что когда члены избирательной комиссии с правом решающего голоса вынесут неправомочное решение, что полиция должна вынести тебя за руки-ноги из стен избирательного участка, кто-то подъедет в ночи и отвезет тебя домой. На самом деле, он, конечно, не повезет тебя домой, а повезет писать жалобу, но об этом не хочется думать. С какого-то момента хочется думать об уюте и комфорте, а не о сложностях и о том, нахуя ты в это вообще во все полез.

(Еще ни слова про Навального не было, заметьте :-)


6. По плану на моем участке в день Битвы с Фальсификациями должно было быть четыре Воина Добра. Двое не пришли - одна девушка не смогла найти, с кем оставить детей, а еще один чувак - в командировке. И вот вас остается двое. У вас есть бумаги, в которых написано, что и как делать в каком порядке, несколько электронных писем, образцы жалоб и все. Вам надо за день до выборов пойти на участок, познакомиться со всеми, проследить, чтобы сейф передвинули в помещение для голосования, попытаться ознакомиться со списками и пр.


7. В инструкции написано, что неплохо было бы знать, сколько проживает избирателей в домах на вверенном тебе участке. Ты обнаруживаешь, что на госсайте про дома твоего участка написана какая-то хуйня и идешь в полночь прогуляться - посмотреть, в каких домах что написано на табличках у подъездов, чтобы примерно понимать, что к чему, и сколько людей ждать в книгах избирателей. Оказывается, что твой участок голосования - небольшой квартал с унылыми хрущевками и парой полувысоток, кругом стройки, вокруг шоссе, вместо дома восемь строение один (по списку) стоит дом восемь, еще есть дом, где квартиры начинаются сразу с номера 59. Через полчаса ты вдруг понимаешь логику людей, назвавших воооон тот дом - 1/18 к.2, и что у разносчиков листовок главное развлечение - выбрать, как будешь три дома обходить: по часовой или против, и что спать осталось четыре часа.


8. С зарядкой, ноутбуком, аккумулятором, кефирчиком, водичкой, энергетиком, ебаной копиркой, документами, удостоверением, папочкой с бумагами, твиттером и группой таких же бедолаг в фейсбучке, ты в семь утра стоишь на избирательном участке.

Важно понимать, зачем ты принес сюда все это добро. Ну то есть если ты идешь на борьбу с фашистским режимом, лучше сиди дома, а вместо себя-истерички отправь кого-нибудь поспокойнее и поадекватнее, будет больше толка. Наблюдатель на выборах нужен не для того, чтобы быть битым и трепать с порога нервы работникам местного дэза, а чтобы следить за законностью процедуры.

Если что-то вдруг пойдет не так, не обязательно рвать тельняшку на груди, можно всего лишь убедить всех соблюдать требования закона и вернуть происходящее в русло порядка. Необходимое для этого оружие - знание русского языка и телефон горячей линии. Еще у меня была напарница Ася. А еще два чувака не пришли.


9. Выборы на участке - это как балет, все должно танцеваться в определенном порядке по определенной процедуре. Эта процедура есть в методичке у председателя комиссии, есть и у тебя. Сюрприз! - эти процедуры совпадают.

Сначала вся комиссия воспринимает тебя в штыки: контролеры никому не нравятся. Когда люди понимают, что ты не будешь рвать избирательный список на куски и не выпрыгнешь с КОИБом в окно, им, конечно, становится поспокойнее.

Тут главное - показать всем, что тебя ебет только выполнение всего по процедуре и по правилам. У тебя в рюкзаке есть чеклист, ты в этом чеклисте ставишь галочки. Ознакомился со списком избирателей - поставил галочку. Проверил, как сшиты списки - поставил галочку. В списке нет пометок - поставил галочку.

Просто ходишь весь день, ставишь галочки по листику. Вот и вся работа, сложность лишь в том, что галочек - несколько сотен.


10. Про КОИБы тоже. Раньше в моей жизни тоже были коибы, только они тогда были сигары Cohiba, я в те времена в сигарном журнале работал. "Серега, там коробку коиб привезли на дегустацию, я на столе оставил".

Тут КОИБы - комплекс обработки избирательных бюллетеней. Это такие ящики со сканером, в которые избиратель должен совать бюллетень. Бабушка сует бюллетень в сканер, машина говорит: "Здравствуйте! Бюллетень обработан. Спасибо". Бабушка радуется, тоже говорит здравствуйте и спасибо.

Оператор КОИБа не любит отпускать избирателей, которые думают, что это просто беззвучный механизм, сунули бюллетень и убегают, говорит: подождите, не уходите, машина с вами поговорит. Машина говорит: "Здравствуйте! Бюллетень обработан. Спасибо". Избиратели шоке. Вот, говорят, прогресс до чего дошел. И все по кругу со следующим чуваком. Машина с вами поговорит. "Здравствуйте! Бюллетень обработан. Спасибо". И так шестьсот раз. К вечеру хочется запереть разработчиков внутри КОИБа и пытать их этой фразой.

Смешнее всего то, что "Здравствуйте! Бюллетень обработан. Спасибо" звучит неожиданно, когда все просунулось, и человек уже собирается уходить. Еще веселее, когда бюллетень засовывают не по задумке разработчиков - машина сначала говорит про то, что надо совать бумагу текстом вниз, потом ругается на перекос, потом еще че-нить, избиратель злится, и когда в итоге ему-таки удается скормить сканеру бюллетень и человек разворачивается спиной, раздается "Здравствуйте!", как будто женщина-оператор проснулась.

Бюллетень надо спасать от постоянных взглядов, и класть текстом вниз, и по-русски это называется "лицом вниз". Избиратель несет бумагу с галочкой гордо, всем на обозрение, ему говорят - "лицом вниз". Я все время ждал, что кто-нибудь ляжет на пол, но обошлось.


11. Девушка Ася, конечно, волшебный общественный контролер. Ну то есть я сначала стеснялся спрашивать людей "а что вот это вы сейчас делали?", но, глядя на нее, тоже потом псевдоинтеллигентский стыд потерял.

Но это, я вам скажу, хорошо. Когда ты досконально уверен во всем, что происходит, тебе становится легче и проще. Ну то есть ты настолько доебался до всего, что отлично понимаешь, почему вот тут в книге написано вот это, а вот тут лежит вот столько бюллетеней.

Три раза в день избирательная комиссия посылает урны на выездное голосование. Это - езда по инвалидам, старикам и всем остальным, кто не может на участок явиться. Понятно, что на выезд нужен соцработник, и муниципалы его присылают. Соцработникам дают статус члена комиссии с правом совещательного голоса, все оформляется документарно.

А у нас соцработницы все не было и не было, и потом, когда она появилась, у нее проверили удостоверение соцработника, закинули ее в машину и поехали по адресам голосовать. Когда вернулись, пора было составлять акт (в чеклисте так написано), ну и встал вопрос, как ее записывать. Я смотрю - ну ептваюмать, соцработница-то не та, что со статусом. То ли та заболела, то ли еще что, в общем, вместо правильно оформленной заранее соцработницы прислали в последний момент другую.

И вот тут я думаю: с одной стороны, писать жалобу - это создавать людям проблемы на пустом месте. С другой, происходит хуйня не по букве закона: с комиссией ездит какая-то непонятная тетя. С третьей - ну что, лишат их соцработницы, как по старикам ездить? Короче, непонятно, щемить или нет.

Потом я вспомнил, как людей снимают с выборов за формальные придирки в документах и решил, что жалобу надо писать. Только какую? В методичке про замену соцработниц ничего нет, нечастая, видимо, проблема. Звоню такой на горячую линию в "Яблоко", описал беду, говорю: пусть мне юристы подскажут, что написать. Говорят, ждите, юрист вам перезвонит. Сам прошу председателя устранить нарушение, а то непорядок, обещают устранить. Сижу, жду звонка.

И тут вдруг вокруг меня начинается кипеж и паника: председателю комиссии звонят из управы и говорят, что "Яблоко" подает на участок в суд. Прибегают какие-то муниципалы с портфелями, соцработнице звонят, чтобы она сидела в машине и не дай бог не ходила по квартирам, ей везут какие-то справки и направления, начинается адский кипеж и бюрократическая буря.

В определенном смысле это расстановка границ: ну то есть когда ты показываешь, что из-за малейшей хуйни на участок начинается давление юристов, то люди потом аккуратнее начинают следить за процедурой. У меня прошли все сомнения, что все правильно сделано, а у Аси их с самого начала и не было :-).

Потом юристы "Яблока" сказали, что, если есть возможность попросить председателя устранить нарушение, то лучше жалоб не писать. Соцработницу оформили сопровождающей. Самое смешное, что в таком статусе на квартире у нее больше получалось прав, чем у члена комиссии: член комиссии, например, не имеет права подсказывать старушке, где там квадратик Собянина, а должен звать соседа. Установка от всех наблюдательских организаций была одна и та же: по мелким нарушениям сначала требовать соблюдения закона устно. Я потребовал, все произошло, я успокоился. Тем более, что если начинать кипеж, то технически тяжело доказать, что соцработница вообще поднималась к старушке-одуванчику в квартиру.


12. Про выездное голосование, фальсификации на выезде и протестный митинг.

У нас на участке засбоил один из двух сканеров КОИБа, приехал чувак из техподдержки, машина ему час говорила "вызовите техподдержку". Забавно, что КОИБ невозможно взять и разобрать - он же опечатан, под сканером открытое жерло урны с бюллетенями :-) Все происходит долго, и мы остаемся в итоге без одного сканера.

И тут начинается время выбора - уезжать на очередной раунд выездного голосования или оставаться. Ася следит за книгами и за тем, как избиратели регистрируются. Я у КОИБа пасусь, и жду, что вот уеду я, наебнется что-нибудь и начнется урна для голосования, а нас же настращали всех на тренинге. Короче, решили не ехать - участок без общественного контроля хуже.

Вскрытие выездных урн гораздо позже привезло нам почти полсотни бюллетеней, среди которых не было вроде как ни одного за Навального. Микроскопически мало их было за Мельникова и за Левичева, что ли. Я не могу точно говорить об этом, потому что бюллетени вообще должны вскрываться в обстановке соблюдения тайны голосования, но это технически не очень реально сделать, и в поле моего зрения при перекладывании, подсчете и скармливании КОИБу попадали, конечно, отметки, но протокол по этим бюллетеням, согласно закону, не велся.

Статистически понятно, что при наличии общественного контролера на выездном голосовании там мог десяток голосов достаться коммунистам, и, быть может, десяток мог уйти за Навального. Но я также понимаю, что вероятность ничего никому не должна - может, на избирателей не оказывалось давления и именно так они и хотели проголосовать. Я же не знаю, кто там бабкам по квартирам что говорил.

В общем, не могу обвинить никого в фальсификации, котаны, свечку не держал. Вот если бы нас было четверо подготовленных контролеров, я был бы уверен в неангажированности выездного мероприятия. Но двое не пришли, а все остальные на этот участок тоже не пришли. Кроме меня и Аси.

По итогам я на сегодняшний митинг не пойду. Ощущаю, что накрутки среди этих пятидесяти бюллетеней могли быть, а в наших условиях пятнадцать голосов за другого кандидата - это изменение в два процента в таблице. Но сказать, что они именно что были, язык не поворачивается. И идти драть горло за то, что еще десять тысяч человек не подняли жопу и не пошли на участки наблюдателями, как-то не особо хочу. Мне вообще кажется, что ключевая штука - к следующим выборам приготовить корпус из пары десятков тысяч опытных наблюдателей. С ними можно реально влиять на законность любого голосования в стране.


13. У наблюдателей много обучающих материалов, но они почти все не доведены до ума - плохо написаны, ужасно выглядят, херово подготовлены к чтению новичками. Тут прямо простор для дизайнеров и методистов - если кто-то не знает, куда бы сдать кровь во имя свободы, пиздуйте помогать "Гражданину наблюдателю", Росвыборам, Сонару и остальным. Нормальный учебный курс может сильно улучшить качество игры в этот варкрафт и дать новичкам уверенность, а вам почет и слава. Ну и вообще стыдно с такими материалами в двадцать первом-то веке жить.


14. Ощутил, что вокруг меня не так много милых приятных людей, как я думаю. В массе своей избиратель Москвы неопрятно одет, неприятен на вид, с гнилыми зубами, у него пузыри на коленках и вельветовое пальто-пиджак на скрюченной спине. Очень много жирных девушек со свисающими боками, торчащим из-под обтягивающего топика. Ну то есть если я обычно хожу по местам, где полно стройных дев и никто не говорить "ложить", то вчера все было наоборот. Встречались, конечно, и приятные лица, и опрятные люди, но в целом моя вера в то, что москвич следит за собой, пошатнулась.


15. После закрытия участка начинается тоскливый долгий ад. Для начала надо было семнадцать сотен бюллетеней погасить и пересчитать. Сначала насчитали 1704. Потом пересчитали - 1718. В третий раз - 1721. Кто хочет потренироваться - возьмите три пачки бумаги по пятьсот листов, уберите из этой стопки наугад несколько и попросите десять человек потом то, что осталось, пересчитать. (Может, в следующий раз надо вести особую форму учета бюллетеней, она позволит сэкономить время. Я придумал ее уже сегодня, расскажу о ней следующему председателю УИКа.)

Следующий круг ада - список в 2400 избирателей, разбитый произвольно-адресным образом на шесть книг и 140 страниц. В списке помечены несколько убывших, умерших, голосовавших на дому, еще голосовавших на дому, которые потом передумали, а также те, кого изначально не было в списке. Также - естественно - отмечены и проголосовавшие. Надо понять, сколько в этом списке кого согласно требованиям протокола.

И только после того, как погашены бюллетени и посчитаны все числа во всех книгах, можно переходить к протоколу голосования.

У нас на участке подсчеты согласно духу и букве закона, с перешивкой книг избирателей, контрольным пересчитыванием, упаковыванием и опечатыванием в сейф, заняли четыре часа. Так что когда я прочел у Навального о том ЖЖ, что непонятно, почему тормозит пересчет и все можно было сделать с КОИБами быстро, я только усмехнулся - к полуночи мы только-только подошли к КОИБам, абсолютно уверенные в том, что первые два этапа посчитаны надежно. Ну то есть теперь-то я придумаю всякие ускоряющие пересчет ништяки, но говорить, что КОИБы ведут к чудовищному сжатию процесса, нельзя. После нашего участка еще три других на Пресне непосчитанных оставалось. У кого-то вообще машина сломалась. На Таганке чувакам еще сильнее не повезло - у них жребием назначили контрольный пересчет вручную.

Все время, пока мы мудохались с подсчетами, в комиссию постоянно звонили чуваки из управы, которые хотели результатов. Председатель, зампред и секретарь комиссии отвечали в том смысле, что у нас тут наблюдатели и они требуют четких действий по инструкции, и комиссия пока еще считает. Когда мы столкнулись с тем, что есть какая-то ошибка в подсчете погашенных бюллетеней, и их там в пачке на три больше, чем посчитали, 12 человек смотрело на нас с Асей, как на мудаков. Кто-то спросил: может, не надо пересчитывать семнадцать сотен листов?

Ася вздохнула и сказала: надо. Двенадцать человек вздохнуло, и начался пересчет. Соседний участок как раз все закончил и разъехался.

А потом стало понятно, что где-то в списке избирателей в одной из книг есть промежуточная ошибка в контрольном числе, потому что люди, которые встают в полшестого утра и целый день занимаются бумажной работой, в десять вечера уже делают очень много ошибок. В целом все сходится, но на какой-то из ста сорока страниц есть промежуточное несходящееся число. Можно забить или ищем? Все посмотрели на Асю.

В общем, расхождение нашли :-) Упаковали всю эту макулатуру, спрятали в сейф, вскрыли переносные урны, засунули бюллетени в КОИБ, получили протокол, позвонили везде рассказали числа, и еще долго составляли итоговые протоколы.

Пока составили протоколы по всей форме, с реестром копий и все такое, упаковали непогашенные бюллетени и закончили все формальности, прошел еще час, если не больше.

Соседний участок тем временем завернули в вышестоящей комиссии (они привезли один протокол вместо двух) и они вернулись на место, чтобы обзвонить всех членов комиссии и собраться вновь, напечатать протоколы и подписать.

Потом мы поехали в ТИК, побыли с председателем до ввода данных в ГАС "Выборы" и потом уже по домам поехали.

Меня Богдан хорошо настроил: рассказал, как они на своем участке до часу следующего дня как-то сидели не из-за нарушений, а из-за того, что люди считать не умеют: видят одиннадцать подписей, а пишут, что их двенадцать. Ну то есть я был готов к вот такому аду.

Собственно, процедура - полный кромешный кропотливый пиздецовый ужас счетовода. Двенадцать человек сначала устают, а потом начинают судорожно считать. Я под впечатлением.

Закон вообще знает мало кто. Мы со своими чеклистами и новичковым четырехчасовым инструктажом особенно увесисто смотрелись на фоне местных стихийных наблюдателей. Ну то есть когда чуваки считают, что фотографировать на участке нельзя, а у тебя есть объяснение со ссылкой на три закона и инструкцию ЦИК, почему можно, и ты все это им показываешь, они соглашаются и больше не спорят.

Основная проблема - что членам участковой комиссии вся эта процедура похрену, потому что есть председатель, у него пусть голова и болит: назубок не отскакивает практически ни у кого. Секретарь, председатель и зампред подготовлены, остальные иногда до дремучего леса.


17, он же UPD.: Тут должен был быть пассаж про Навального и про то, какой он классно отвечает моим представлениям о сменяемой выборной власти, но я лучше не буду воду лить, потому что есть тема интереснее - как раз прочитал его заявление про то, что на нашем участке должен быть анализ видеозаписи и пересчет, потому что сходятся несколько факторов из зоны риска:

1. Гласный и открытый пересчет голосов и анализ видеозаписей на всех "проблемных" участках. "Проблемными" мы считаем  а) все участки с аномально высоким голосованием за Собянина (больше 10%, чем на соседних участках), б) все участки, протоколы с которых были подписаны после часа ночи 9 сентября, в) все участки с аномально высоким голосованием на дому (больше 5%).

2. Гласная проверка всех реестров заявок для голосования на дому. Отмена результатов там, где реестры оформлены неправильно.

Ну заебись, чо, понеслась душа в рай. Правильно ли оформлены реестры, проверить несложно. Посмотреть запись - тоже несложно. Наблюдатель от Навального все время сидел на участке, не вылезая. Результат Собянина при этом выше соседних участков. На участке семь процентов надомников, есть дом со стариками-инвалидами. КОИБ даст, например, те же числа, что и при ручном пересчете. И что тогда делать? Разбирать видеозапись по мелочам, ища, к чему бы докопаться? Пытаться раскопать историю с соцработницей при принятом итоговом бюллетене без жалобы? Ну-ну. Соцработница все равно была нужна какая-нибудь, это-то понятно.

Ну то есть если бы я не побывал на участке вчера, я бы, наверное, после прочтения пылал от гнева и у меня раздувались бы щеки. Я вообще-то за Навального, ребята. Газеты, уговоры знакомых, наблюдатели, вот это вот всё.

Но сейчас я скажу по простому, остужающе, простите уж меня. Сами виноваты. Результат выборов на участке, на мой взгляд, предопределили два непришедших члена комиссии - девушка с совещательным голосом и чувак от коммунистов с решающим. Ну и миллион сочувствующих москвичей, которые не нашли времени. Ну и еще несколько тысяч иногородних граждан РФ, которые вчера могли дежурить, но им было не очень удобно, а лучше они сегодня сходят на митинг поорут.

Даже интересно, чем сердце успокоится.

UPD2: Продолжение →

Tags: Навальный, Собянин, выборы, мэр, наблюдатель
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 223 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →